Глава 3. Без памяти
Времени прийти в себя, потереть ушибленный затылок и встать на ноги не оставалось. Все мысли, что вертелись в голове по дороге на кафедру, вдруг одномоментно сложились в цельную картину, где я сама играла неизвестную роль.
В тот момент, как распахнулась дверь, я все поняла, все приняла и испугалась. Я не ожидала или скорее мне хотелось, чтобы мои ожидания не оправдались. Мне хотелось, чтобы все оставалось по-прежнему, чтобы Глеб всегда являлся тем, кем был для меня эти годы. Но, если жизнь повернулась к тебе другой стороной, я знала она не останется стоять полубоком, она покажет тебе свой зад во всей красе. Поэтому, выбрала для себя единственно верный выход – сбежать.
Как можно тише, пока парни были заняты друг другом, я на четвереньках отползла от яркого потока света, падающего на меня через проем двери, встала на ноги и по стенке, не оборачиваясь, побежала к выходу. Сделав глубокий вдох, я нарисовала улыбку на лице, схватилась за ремни рюкзака руками и вышла в холл, являя собой мировое спокойствие.
- Пойду куплю что-нибудь к чаю, - стараясь не спотыкаться на каждом слове, прислушиваясь к звукам из коридора, бросила я охраннику. – Вам ничего не надо?
И не дожидаясь ответа, пулей выскочила из здания. Времени у меня не было. Действовать стоило решительно и наверняка, чего я в принципе не умела. Решила только, что я должна с кем-то всем этим поделиться или лопну, как мыльный пузырь, от переполнивших меня открытий. Вот так иногда тебя что-то заполняет настолько, что понимаешь, скоро сорвет крышку и затопит все и всех вокруг. Я не могла допустить этого, поэтому решилась вывалить все на кое-кого одного. И, если Глеб оказался вдруг и не друг, а так… У меня оставался только один человек, которому я могла доверять, моя одноклассница – Леся.
Укрывшись за углом корпуса кафедры, я прислушалась, не преследуют ли меня, а потом со всей силы побежала к прорехе в заборе. Высокий забор, намного превышающий мой рост, без единой зацепки, перелезть не предоставлялось возможности. И только в самом углк находилась лазейка, и Глеб знал о ней тоже, я поняла это, когда за моей спиной раздался окрик:
- Тая?!
Я обернулась, всего лишь секунду рассматривая ставшего незнакомым мне человека. И все, что хотела ему сказать, вдруг вырвалось парой слов:
- Да, пошел ты!
За его спиной тут же нарисовался второй персонаж, которого я винила во всем, что со мной приключилось за этот день. Юркнув между прутьями забора, я обернулась повторно, они бежали за мной. А я побежала за автобусом, который мог помочь укрыться от преследователей. Вскочив в последнюю секунду в дверь, водитель общественного транспорта нажал на газ, и зеленое чудовище с полным брюхом пассажиров, двинулось вперед. Я тяжело дышала, пытаясь придумать, что делать дальше, и продвигалась в салон. Встала у окна, стараясь отдышаться и рассмотреть двух парней, оставшихся стоять на остановке. Они кричали друг на друга, и я отвернулась, решив, что меня это больше не касается. Сейчас главным стоял вопрос, где можно купить дешевый телефон, по которому я свяжусь с подругой.
Это хорошо, когда по всему городу разбросаны палатки с известными представителями сотовой продукции, поэтому особого труда не составило купить телефон за скромные полторы сотни и подключиться. Даже хотелось сказать спасибо Эр, который просил взять все, что может пригодиться. Деньги и документы, как раз для меня и являлись тем самым, ну и еще камера. Эр…
Набирая номер Леси, который запомнить не составляло труда из-за последних повторяющихся цифр, я переживала все снова и снова. Переживала все, что произошло со мной за день. Все, что душило слезами и комком в горле. Мама, папа, мой дом. У меня теперь ничего не было. Даже Глеба, который иногда являлся единственным, кто меня понимал и помогал. Теперь оставалась только подруга.
Бодрый и жизнерадостный щебет одноклассницы принуждал отказаться от затеи все ей рассказать, но часть моей эгоистичной натуры заставила назначить встречу недалеко от ее дома. Недавно они с семьей переехали, и теперь мы уговорились встретиться на Тульской. Там недалеко от метро, в торговом центре мы любили пить кофе в «Старбакс». Казалось, это было так давно.
Лучи солнца прыгнули за мной в распахнутую стеклянную дверь кофейни. Я осмотрелась, разыскивая подругу, которая уже махала мне рукой. Она занимала столик у стойки с подарочными кружками и что-то кому-то строчила в телефоне, пока я подходила. Как это похоже на всех нас, когда мы пытаемся скрыться от окружающих, когда мы не хотим быть уязвимыми. Страх заставляет нас прятаться, как меня сейчас. Хотя уверенности в том, что меня здесь никто не сможет найти, не хватало. Я обернулась и посмотрела за спину. Никого.
Острый запах кофе и сливок закружил голову, я не ела с утра. Решив не паниковать, я подошла к столику, где Леська отбросив сотовый, встречала меня стоя.
- Что случилось, зай? – одним движением она откинула косу на другое плечо и обняла меня крепко, стало лучше. – У тебя был такой голос по телефону.
Подруга отстранилась и рассмотрела меня, от ее взгляда спрятаться не было возможности, мы стояли друг напротив друга. И из глаз покатились слезы, я захлюпала.
- Тая?! – испуг и сочувствие.
Она еще раз крепко обняла меня и погладила по спутавшимся от ветра волосам.
- Ты что, подружка? Что такое? Глебка что ли опять раскритиковал твои фотки? Да ладно, брось ты. Он что критик в последней инстанции?
Я ничего не могла сказать, язык пристал к небу. Кажется, вся боль, что я сдерживала за день, обрушилась сейчас водопадом из слез, делая солеными мои щеки и щеку Леськи. Я вздрагивала в ее руках. А она продолжала успокаивать.
- Так, так. Давай садись, а то на нас начинают коситься. Сейчас водички принесу, и чай закажу, - она подтолкнула меня к стулу. - Или фраппучино с тройной карамелью? Надо как-то это подсластить. - Она все это говорила, словно, мамочка. Но мне от этого становилось только лучше, в груди оттаивал лед, сковавший все эмоции и чувства.
- Угу, - шмыгнула носом я, провожая взглядом уже упорхнувшую подругу. Очереди у стойки не было, и она быстро вернулась назад со стаканом воды. Ее щеки раскраснелись, что говорило о том, что она переживает. Она всегда краснела, когда нервничала, это сразу бросалось в глаза, потому что ярко контрастировало с ее бледной кожей и светлыми волосами. Вообще она очень походила на эту девочку из ужастика, Кэри вроде бы.
Поставив рюкзак к ногам, я вытерла слезы, сделала пару глотков воды и опять осмотрелась. Небольшой зал не пустовал. Тут и там за столиками сидели парни и девчонки. В дверь вошли еще пара парней, высокие, но они только осмотрели весь зал и плюхнулись на диванчик в углу. Стоял привычный шум, когда сразу все разговаривают о своем, а за стойкой работает кофемашина. Сделав глубокий вздох, я ненадолго провалилась в свои мысли.
Что я могла рассказать Леське? Все, что мы знаем, обычно укладывается в определенные рамки. Мы можем все для себя объяснить с точки зрения материального мира. Гроза случается, потому что сталкиваются частицы с разными зарядами, дождь, потому что накапливается влага в атмосфере, машина едет, потому что ее в движение приводят механизмы под капотом. Но как объяснить, что ты вдруг за одно утро потерял родителей, потерял дом и себя. Это у меня не складывалось ни в одно сколько-нибудь рациональное объяснение. Но самое главное, как я докажу все это. Ведь мой дом, наверняка, все так же стоит, но родителей нигде нет. Как это Эр сказал, он сделала диалити? Бред же, бред. Или что рассказать, что меня увел из дома парень со странным именем Эр, это сокращение такое, может даже от слова Электроник. Ну ведь чушь. А может сразу про Кострова ляпнуть? Про то, что я догадалась, что он не совсем такой?
- А почему ты подумала, что это Глеб меня обидел? – вдруг ухватилась я за эту мысль.
Подруга опустила глаза, схватила сотовый и стала водить по экрану пальцем. Ее лицо теперь закрывали спадающие вперед локоны волос. Это меня насторожило.
- Леся? – позвала я.
- Ладно, ладно. Только не злись, - она посмотрела на меня виновато. – Глеб звонил, спрашивал не знаю ли я, где ты…
Она не успела договорить, я перебила:
- Что?! – всплеснула руками. – Что ты ему сказала? – Уже спокойнее.
- Сказала, что ты звонила. Что договорились встретиться в этом кафе. Подожди, Тай, - она вскочила за мной следом. Я хотела уже попрощаться и пулей вылететь из кофейни.
Черт, я не могла и подумать, что он станет названивать моим знакомым и искать. Точнее, я не думала, что он знает Леськин телефон. И почему я так просчиталась. И ошиблась на счет Леськи. Не думала, что она вот так просто все выдаст. Сама виновата.
- Что, в самом деле, произошло? - она внимательно изучала меня. - Знаешь, мне кажется, ты не справедлива с ним.
Я вытаращила глаза. Да, если бы ты дурочка знала то, что знаю я. Посмотрела бы тогда, кто с кем должен быть справедлив.
- Мне кажется, он влюблен.
- Что? – вот чушь.
- Не понимаю, почему ты этого не видишь, - я уже пыталась уйти, но она меня задерживала. – Подожди.
- Я не могу, - ответила я.
- Но почему? Почему? Ты даже не успела ничего рассказать. Обычно из тебя слова льются, как из…
Я посмотрела на руки, державшие ручку рюкзака, мне показалось, они дрожат. Мне до слез стало обидно за себя и подругу, а еще я злилась на Глеба и, наверное, на весь белый свет. Мне некуда было идти, не с кем поговорить, оставалось только убежать куда-то, сесть и ждать чуда, которого я знала точно, не произойдет.
- Привет, - неожиданно прервал нас незнакомый голос. Мы обе резко повернулись на звук. Справа стояли те парни с дивана, высокие и симпатичные, с наглыми улыбками.
«Как не вовремя», - промелькнуло на задворках, что еще сильнее разозлило.
- О чем спор? – поинтересовался один из них, подмигивая.
Леська тут же вся преобразилась, как это случалось, когда к нам подкатывали симпатичные представители противоположного пола. Даже стала выше, кажется, машинально дергая себя за цепочку на шее.
- Да, так, - улыбнулась она в ответ.
- Может быть, вместе поспорим? – второй схлестнулся со многие взглядом, и его почти черные глаза, медленно начинали ввинчиваться в меня, гипнотизируя этой чернотой.
- Вы спорьте, - я тут же отвела взгляд. – А мне пора.
- Тая! – остановила меня подруга. – Может…
- Нет, я не могу. Мне нельзя, - заторопилась я, пытаясь на ходу придумать причину. – Я дома забыла утюг выключить, кажется. Срочно надо бежать. – слова выскакивали быстро, как автоматная очередь, сама же пыталась протиснуться между парней.
- Нет, нет, нет. Мы тебя никуда не отпускаем, - черноглазый попытался обнять меня за плечи, но я вывернулась, задевая коленом стул, на котором я сидела несколько минут назад.
Я уже хотела резко дернуться вперед и выбежать через другой вход, но тут на предплечье легла чья-то рука, а затылком я почувствовала тяжелое дыхание и услышала слова:
- Сядь, иначе некому будет рассказывать, что с тобой сегодня приключилось.
«Вот оно, - подумала я. – Ничего уже не закончится просто так. Это, как снежный ком».
- Хорошо, - на лице появилась нелепая улыбка, я подмигнула однокласснице, поворачиваясь к ней лицом. – Посижу еще немного с вами. Утюг мама выключит.
Конечно, я же не могла поставить под удар еще и свою подругу, пусть она и поступила не так, как хотелось бы мне. Пусть иногда понимала все не так, как выглядело на самом деле. Но она ни в чем, абсолютно ни в чем, что сегодня происходило со мной, не была виновата, даже не догадывалась, что творилось здесь в этом мире, который с детства нам знаком. Она ведь даже представить не могла себе, что вот эти двое, возможно, и не люди вовсе.
Я плюхнулась на стул и поставила на колени рюкзак, соображая, что делать дальше. Самым теперь логичным для меня казалось остаться здесь и ждать Глеба и Эр. А может? Я подумала, что это и могли быть они, только, возможно, перевоплотились в кого-то другого. Или что там умеют эти инопланетяне? Бред. Я зажмурила глаза и сказала одними губами, как в детстве: «Исчезни!» Но все осталось на своих местах. Парни мило улыбались и подвигали стулья к нашему столику, усаживаясь удобнее.
«Кто они? - соображала я. – Что они знают? Что им нужно от нас? От меня…»
- Хорошая сегодня погода, не правда ли? – вопрос, чтобы завязать разговор или завязать с нашими жизнями?
- Да, солнечно, - улыбалась Леська, заискивающе поглядывая на второго, в белой футболке. Его глаза казались пустыми. Бесцветно-голубые прозрачные, они смотрели на тебя и в тоже время, словно, сквозь. Он придвинулся ближе к подруге, и я дернулась, чтобы защитить ее, хотя сама уже внутренне дрожала, как мартовский кролик.
- Все хорошо, - улыбнулся черноглазый, оскалился и придвинул стул вплотную к моему, касаясь локтем моей руки.
Леська явно занервничала, чувствуя интуитивно, что здесь что-то не так. Наконец-то, включились ее мозги. Но, к сожалению, поздно. Тот, в белой футболке, быстро обнял ее за плечо, и я увидела между его указательным и средним пальцами что-то вроде ампулы. Вскочила, но меня тут же остановили. Странно, что никто, совершенно никто не обращал на нас теперь внимания. Хотелось закричать: «Люди убивают! Что вы все сидите, как будто это никого не качается? Может, завтра на моем месте будете вы?»
- Не надо дергаться, - этот, что сидел со мной рядом, тоже вскочил и дернул за руку, усаживая обратно. – Ты же не хочешь, чтобы с твоей подругой случилось несчастье?
Я села. Сердце часто стучало, отбивая ритм страха. Я чувствовала, как задрожала нижняя губа и прикусила ее, что есть силы, борясь со слезами. Они сейчас ни чем не могли помочь, только раззадорить этих уродов.
- Она просто отключится на несколько минут, - продолжая вежливо улыбаться, объяснил бесцветный. – Потом из ее памяти сотрется эта встреча. Она не вспомнит, что встречалась с тобой, не вспомнит, зачем здесь. А ты должна поехать с нами. Или…
- Что или? – пискнула я.
- Ты знаешь, сколько позвонков в шейном отделе? Порядка семи. Они очень крепкие, ведь они способствуют тому, чтобы вы могли поворачивать головой в разные стороны. И трудно свернуть шею, если человек в здравом уме. Мышцы вокруг напрягаются, и практически невозможно повредить позвонок. А вот, если человек пьян или в таком состоянии, как сейчас твоя подружка, то…
- Я поняла, поняла! Хорошо.
- Вот и умница, - черноглазый схватил меня за руку, чуть выше локтя и подтолкнул вперед, чтобы я встала и следовала с ними. На выходе я обернулась, чтобы еще раз посмотреть на Леську. Она сидела неподвижно, сложив руки на столе. Люди, что сидели за соседними столами, опускали глаза и не хотели встречаться со мной взглядами.
Гордо выдернув руку из тяжелой хватки черноглазого, я тряхнула головой и вышла из кофейни, не зная, что может ждать меня там, за стеклянными дверьми в мое будущее.
